Никита Подскребалин: Хочу нарисовать на шлеме что-то, что может повлиять на психику соперника

Никита Подскребалин: Хочу нарисовать на шлеме что-то, что может повлиять на психику соперника

20-летний вратарь «Челмета» Никита Подскребалин только недавно дебютировал в ВХЛ. Получилось классно – в пяти матчах с его участием команда одержала четыре победы, обыграв, в том числе, чемпионов и вице-чемпионов прошлого сезона, а Никита отразил 95,1 % бросков. В одном из матчей – против питерского «Динамо» - он совершил 46 сейвов, а также блестяще отыграл серию буллитов. 

- На самом деле, я сам в шоке, что так получилось, - поделился Никита с корреспондентом пресс-службы Высшей хоккейной лиги. - Просто команда хорошо играла, а я в нужный момент их подтаскивал, такое соотношение и дало результат. Думаю, если продолжать в том же духе – все хорошо у нас будет, мы выйдем в плей-офф и будем бороться за кубок.

Было довольно неожиданно, когда именно ты стал основным вратарем после отъезда Владислава Сухачева в «Трактор». Ты изначально тренировался с «Челметом»?
Да, я провел всю предсезонку с «Челметом». Недели три назад ездил в команду КХЛ, с ними три дня провел, а все остальное время я здесь, в МХЛ еще ни разу не привлекался.

Весь прошлый сезон ты просидел на скамейке «Белых Медведей», сыграл всего шесть матчей в МХЛ. Как так получилось?
В том сезоне другие вратари выглядели получше меня, в принципе, и сейчас точно так же, у нас конкуренция идет. Не знаю, может, я не оправдывал доверие тренера. Не хочу никого винить, сам неважно выглядел. И так получилось, что шесть матчей всего. А в позапрошлом было одиннадцать, так что в общей сложности у меня семнадцать игр за два сезона… Но сейчас все хорошо идет, пока играю, это здорово.

А что чувствует вратарь на скамейке? Вовлечен в игру или скучает?
Второй вратарь всегда готов, ведь может случиться все, что угодно – травма первого номера, или он просто неудачно стартует, так что все равно надо быть наготове. Вовлеченность в игру, конечно, есть, ты такой же участник команды, такой же игрок.

Открой секрет, почему все вратари сидят на скамейке в ловушке и блине, а шлем не надевают?
Да просто неудобно потому что (смеется). Но бывают такие судьи, которые придираются, говорят, надевай шлем, а то мало ли, попадет шайба в голову – травма. Мне ни разу не прилетало, на самом деле, но все равно опасность есть.

Холодно, наверно, сидеть.
Да нет, нормально. Сейчас арены не такие холодные. Хотя, вот в Екатеринбурге, когда по школе играли, была очень холодная арена - вообще жесть. Сидишь, мерзнешь, весь вот так сжался, там уже и кофту под форму, и шарф надеваешь. Было страшно там играть. Наверно, даже северный полюс не сравнится с той ареной.

Челябинская арена «Мечел» тоже очень холодная. Там зрители водку пили на трибунах – а иначе никак, даже в пуховике пробирает до костей.
На «Мечеле», кстати, нам в перерывах горячий чай приносили. Я это застал, тоже в «Мечеле» играл по 97-му году. Кстати, тренером был Сергей Соломатин, он сейчас в «Ермаке». Я в ВХЛ как раз дебютировал против него, было очень приятно с ним встретиться, пересечься глазами, вот пообщаться с ним не успел.

Кстати, о тренерах. Ты провел всего один матч под руководством Алексея Тертышного, а затем его сменил Равиль Гусманов, но все-таки, можешь как-то прокомментировать эту рокировку?
Я не скажу, что много общаюсь с тренерами, я больше, так скажем, вовлечен в себя. Но главное, что с Гусмановым мы начали с побед, тренер нас поддерживает, и мы дали хороший старт тренеру. Думаю, больше не будет никаких перемен, и все будет дальше продолжаться в том же духе, на победах.

Хоккеисты «СКА-Невы» и «Динамо» после поражений говорят: «ну, на нас соперники настраиваются по-особенному». Такое действительно есть – особый настрой на топ-клубы?
Не думаю, я старался настраиваться на все команды одинаково. Считаю, что все команды равны, у всех есть шанс проиграть, и у всех есть шанс выиграть. Даже если ты идешь на последнем месте, соперник точно такой же, как и ты, всегда можно победить или зацепить очко. Все, что угодно, может случиться.

У тебя в Инстаграме статус – «Плакат на воротах», почему так самокритично?
(смеется) Не знаю, это юмор такой, я к соцсетям отношусь с юморком, у меня и в Вотсаппе статус – «если смогу, то поймаю». Если не ошибаюсь, это Женя Угрюмов (другой вратарь «Челмета» - прим.ред.) так сказал, «плакат на воротах», еще «голограмма на воротах», решил такой статус поставить.

Некоторые тренеры очень жестко относятся к дисциплине вне льда. В раздевалке телефон не доставать, волосы не отращивать, выложил фото с пивом в Инстаграме – получил выговор… У вас нет такого?
Ну, я считаю, что дисциплина – это основа, все строится от дисциплины. Это основа побед, основа хоккея, и не важно, какая именно дисциплина – в хоккее или в быту. Да, у нас есть штрафы и за алкоголь, и за запрещенные вещества всякие. А вот насчет отращивания волос – это можно, у нас есть игроки с длинными волосами, я не думаю, что это как-то влияет на игру (улыбается).

Традиционный вопрос – как ты пришел в хоккей и почему стал именно вратарем?
Я очень благодарен своим родителям за то, что привели меня на лед. Если честно, не помню момента, как встал на коньки, не было такого, чтоб отец меня поставил, и у меня был какой-то щелчок – вот я на коньках стою. Могу сказать, что я встал на коньки в Забайкальском крае, городе Чита.

Ты там родился?
Да, я оттуда родом. У меня номер 75 – это в честь 75-го региона, Чита. В шесть или семь лет, точно не помню, я переехал в Челябинск. Тогда тренер Владимир Васильевич Глинкин (наставник школьной команды «Трактор» 1998 года рождения - прим.ред.) набирал команду. И я думал, что в состав якобы не прохожу. Не знаю, почему, какая-то детская логика была, что вот, я не пройду, не смогу больше играть в хоккей, вообще закончу. Семь лет – было такое мышление о хоккее странное. И тут я вижу, что вратарей вообще нет в команде. И я стал вставать на ворота. Отец с дедушкой выгоняли меня оттуда постоянно, «иди, играй в поле, чего ты стоишь на воротах, эту шайбу ловишь», но, в конце концов, я уговорил их, что буду вратарем. Так с тех пор, с семи или восьми лет, я все время провожу в рамке.

Нормальный, наверно, был удар по семейному бюджету.
Да, если честно, вратарь – это очень дорогостоящее дело. Одна экипировка, особенно взрослая, - это тысяч триста-четыреста за один комплект…

Ничего себе. А на сезон их надо пару, да?
На сезон лучше иметь три комплекта. Но это у мастеров три. Мне одного хватает.

А почему шлем не раскрашиваешь?
У меня были мысли об этом, были эскизы, но я подумал, что я не какая-то звезда, чтобы разрисовывать шлем. Так что обойдусь белым пока. 

Но на будущее – какой рисунок хотел бы?
Я в последнее время запал на фильмы ужасов, на всю трилогию «Заклятие», мне там очень нравится монахиня. Куклу Аннабель хотел рисовать. Еще из «Астрала» кого-то хотел. В общем, то, что может повлиять на психику игроков соперника (смеется). Но это такие, знаешь, мысли странные… Меня отговаривали. Вот Влад Сухачев говорит – ты смотри, карму себе попортишь, всякие эти дьявольские существа… А я думаю – да ладно, что такого. В общем, мысли есть, что рисовать, это не обязательно должно быть связано с символикой клуба. Когда-нибудь нарисую что-то.

У кого-то из «Филадельфии» было подобное - он изобразил на шлеме своих одноклубников в виде зомби.
Да, видел. Вообще, очень много интересных эскизов, у Васи Демченко (вратаря «Трактора» - прим.ред.) тоже интересный шлем. Он его то ли в Швейцарию, то ли в Швецию отправляет, его там красят и обратно присылают. Это тоже недешево все, и я пока решил, что обойдусь.

С кем ты живешь на выездах?
С Данилом Костаревым, защитником. У нас запрещено вратарям жить с вратарями, потому что, если один заболеет, то второму тоже не поздоровится. Очень много таких случаев, когда один вратарь заболевает, и второй вместе с ним, и некого ставить на матч.

Ты нормально помещаешься на кроватях в провинциальных гостиницах? (рост Никиты 194 сантиметра – прим.ред.)
(смеется) Ну, это ты зря, нам «Трактор» создает хорошие условия, у нас гостиницы соответствующие, условия отличные. И кормят отлично, и кровати отличные, и матрасы, и подушки! Помещаюсь, ну, ноги свисают чуть-чуть. Не обращаю на это внимание, сплю и сплю. Калачиком свернусь…

В «Тракторе» Герман Титов требует от вратарей, чтобы они много разговаривали на льду с полевыми игроками. А ты это делаешь?
Ну, вообще-то я не очень люблю разговаривать, потому что на это тоже силы тратятся, но да, надо подсказывать в определенных случаях и защитникам, и нападающим. Я стараюсь это сделать в паузах на рекламу или между периодами. Все-таки вратарь видит всю поляну, у него и пешки, и дамы, и короли – все перед глазами расставлено, как в шахматах. Поэтому да, разговаривать надо, это помогает игрокам. 

Ты больше «головой играешь» или на эмоциях?
Трудный вопрос… Думаю, я совмещаю, потому что головой играть – это значит читать игру, видеть пас, видеть бросок, как-то правильно действовать во время игры. На эмоциях тоже, из эмоций можно черпать силу. Недавно вот с Ханты-Мансийском очень эмоциональная игра была, пацаны даже ругали после нее, потому что очень много ора было. В принципе, я совмещаю эти две составляющие.

Что-то может тебя вывести из себя настолько, что в драку полезешь или на судью набросишься?
Нет, такого не будет, я себя контролирую во время игры. Но бывают моменты, когда соперники бьют по рукам или просто мешают как-то – тогда я могу подтолкнуть, блином оттеснить от себя. Судьи, конечно, из-за этого делают мне замечания. Но… Неприятно, но я сдерживаюсь.

Скажи, какая музыка у вас играет в  раздевалке, и кто отвечает за ее выбор?
С тех пор, как я пришел в «Челмет», на выездах музыку я ставлю.

Большая ответственность.
Да. Говорят, что у вратарей вообще музыка специфическая, они скрипку слушают, Баха, Вивальди… Не знаю, я таких не встречал (улыбается). Вот когда игра,  я надеваю наушники и полностью ухожу в себя. Не во время матча, конечно. Просто в течение дня – я на раскатку иду в наушниках, с раскатки в наушниках, на игру в наушниках, и даже с игры в наушниках. Я стараюсь вообще ограничить себя от всего мира, от соцсетей, от других людей, в день игры становлюсь интровертом, концентрируюсь на игре, на музыке. Помогает успокоиться, настроиться. А насчет плей-листа моего – это в основном «клубняк» с роком. Перед самой игрой, после раскатки, я слушаю спокойную музыку, чтоб эмоции какие-то лишние убрать. А после игры у меня легкий рэп.

Есть какие-нибудь особые приметы вроде того, что никому нельзя трогать твои клюшки в день игры?
Нет! Даже была такая история, в школе еще - перед игрой вся команда по кругу взяла мои ловушку с блином. Просто брали и надевали на руки по очереди, по кругу. И получилось так, что я засушил ту игру. Не сказать, что соперник сверхсильный был, но все равно приятно. У меня нет такого, что «не трогай клюшку, не трогай мой шлем». Ну, взяли, потрогали, посмотрели, как бы. Я не суеверный человек. Верю в себя, а не в какие-то суеверия.

16 октября 2018
Все статьи