Сколько стоит «Трактор»?

Директор «Трактора» Владимир Кречин редко дает большие интервью – говорит, что не любит публичности, что рассуждать об игре команды и игроках – дело тренерского штаба.

Однако есть область прямой ответственности любого директора любого предприятия – это экономика. В разговоре с главным редактором slo-vo.ru Владимир Николаевич рассказал о структуре клуба, структуре затрат на все команды, входящие в систему ХК «Трактор», а также о том, сколько команда зарабатывает.

«Трактор» — это не только первая команда

Что из себя представляет структура хоккейного клуба «Трактор»? Какие структурные подразделения в него входят?
Я бы начал с основ, с корней нашего хоккея — со школы «Трактор», которая каждый год выпускает из своих стен большое количество молодых и талантливых игроков. Она никак не относится к клубу юридически, является муниципальным учреждением, но «Трактор» финансирует ее примерно наполовину. Это зарплата тренеров, премиальные, форма для тех, кто попадает в сборные своих возрастов и так далее. В этом году мы примерно по такой же схеме работаем еще с одной хоккейной школой — «Сигнал». Доплачиваем премиальные тренерам, стараемся помочь с экипировкой. Дальше — команда МХЛ «Белые Медведи». Затем — команда ВХЛ «Челмет», которую мы заново создали после того, как «Мечел» отказался от финансирования своего клуба. Кроме того, теперь под нашим крылом и женская команда «Факел». Они фактически самостоятельны, но через нас проходит их финансирование. И на своем уровне их результаты впечатляют — из нынешнего состава «Факела» четверо игроков попали в олимпийскую сборную России и едут на игры в Сочи.
Есть ещё и база «Трактора», которая построена много десятилетий назад, и недавно прошла серьезный ремонт, реконструкцию. Она в собственности клуба, и мы несем расходы на её содержание, текущий ремонт, коммунальные платежи, зарплату сотрудникам.
Наконец, собственно команда «Трактор» — вершина всей структуры. Структуры, в которой каждая ступень — важная, в своем роде ключевая. Эта структура, на мой взгляд, практически идеальна для нас и с хоккейной точки зрения, и с финансовой, и даже с точки зрения логистики — все команды находятся в одном городе, не надо тратиться на командировки игроков из города в город, на гостиницы, аренду жилья и так далее.

А как насчет административных подразделений? Кто-то же работает и обслуживает все это хозяйство? И — сколько всего человек, не считая игроков, работает в структуре клуба?
Давайте считать. Бухгалтерия — пять человек. Маркетинговая служба — четыре человека, одна из самых небольших среди клубов лиги, но ее работа дает хороший эффект. В том же КХЛ-маркетинге работают, наверное, в десятки раз больше людей, но... Давайте скажем так: если бы клуб мог распоряжаться бОльшим количеством рекламных площадей на льду, бортах, арене (где чья реклама расположена, и кто имеет право ее продавать, определено в регламенте КХЛ — прим. редакции) — мы бы зарабатывали едва ли не в разы больше.
Затем — директор клуба, ваш покорный слуга, мой заместитель Алексей Петров, отвечающий также за «Челмет», генменеджер Евгений Цыбук, секретарь, пресс-служба — три человека, «Трактор-ТВ» — два человека. Еще есть офицер по безопасности, юрист, руководитель музея клуба.
Отдельно — водители. На легковых автомобилях задействованы четыре человека. Это при том, что и я, и многие другие сами за рулем. У водителей много работы — ведь только приезжающих к нам на матчи КХЛ, ВХЛ, МХЛ судей надо в аэропорту встретить, отвезти в гостиницу, на матчи, с матчей, назад в гостиницу, опять в аэропорт и так далее. Также в клубе два автобуса, на каждом работают еще по два водителя. При этом мы с этого года не арендуем автобусы для нужд команд, входящих в структуру клуба — если раньше автобус «Трактора» был только для нужд «Трактора», то теперь, когда главная команда на выезде, ее автобусом пользуются остальные, и так далее. Так в том числе дешевле.
Непосредственно с командой «Трактор» работают: главный тренер, три его помощника, два администратора, видеооператор, два доктора, три массажиста, инженер сервиса. В «Челмете» — два тренера, администратор, врач, массажист. Про врача «Челмета» хочу сказать отдельно. Олег Таскаев — это большая находка для всего клуба. Знаю, что у него есть желание уйти, так как зарплата пока просто не соответствует его высочайшей врачебной квалификации. Но постараемся сделать все, чтобы оставить его у нас. «Белые Медведи» — это тренер, его помощник, администратор, врач, массажист. У каждой команды теперь отдельный человек, который отвечает за заточку коньков.
На базе «Трактора» в общей сложности 28 сотрудников — охрана, два повара, прачки, администратор, инженер, электрик и так далее... Получается, примерно 80 человек.
Мы сейчас не говорим о ледовой арене — это отдельное, и также весьма крупное предприятие, со своими расходами и путями заработка, а значит, тема для отдельного разговора.

Чартер за 10 миллионов

Хорошо. Давайте теперь обозначим основные статьи затрат хоккейного клуба. Больше всего на слуху у болельщиков зарплатная ведомость игроков «Трактора». Перед началом сезона КХЛ ее озвучила — около 878 миллионов рублей...
Сейчас, после того, как мы расстались с частью игроков (и к счастью, нам не пришлось платить им компенсации за разрыв контрактов) эта часть сметы меньше — примерно 700 миллионов, если исходить из расчета на сезон.

Эта самая крупная статья расходов?
Да, но обслуживание инфраструктуры всех команд системы «Трактора» стоит немногим меньше. Мы должны обеспечить их всем необходимым, чтобы ребята ни о чем кроме игры не думали.

А именно?
Начнем с выездов «Трактора» на гостевые матчи. Во многие города, где расположены другие клубы КХЛ, мы летаем чартерами — хотя бы потому, что из Челябинска туда нет регулярных авиарейсов. К тому же после трагедии с ярославским «Локомотивом» мы летаем только самолетами уровня Boeing или Airbus. Безопасность людей должна быть на первом месте, это справедливо. Пусть и накладно.
Вот наша главная команда отправилась на выезд по маршруту Новосибирск — Новокузнецк — Хабаровск — Владивосток, после чего вернется назад в Челябинск. Игры — через день. Не через Москву же летать. Но чартер на эту серию из пяти перелетов нам обошелся примерно в 10 миллионов рублей.

?!
10 миллионов. Это самый дорогой выезд. Всего же за сезон перелеты «влетят» нам примерно в 52,5 миллиона рублей. Далее — гостиницы. Требования к ним не столько в уровне их «звездности» (скажу сразу — никаких «люксов», обычные номера), сколько к номерному фонду и расположению по отношению к месту проведения матчей. К счастью, мы обслуживаемся в одном крупном центре бронирования, и поскольку мы работаем на предзаказе, и большими объемами, то имеем существенные скидки.

Живут игроки как? По двое?
По-разному. Молодые ребята в основном по двое, но ряд игроков (кое у кого это даже прописано в их личных контрактах) живут поодиночке. Может быть, так даже лучше — кто-то ведь храпит, кто-то в приставки играет, музыку слушает... Каждый год есть инфляция, но в этом сезоне нам гостиницы обойдутся в 17, 8 миллиона рублей. И все это — без учета плей-офф, куда, надеюсь, мы попадем.

Идем дальше. Какие еще затраты?
Зарплата всему персоналу клуба. Это примерно 1,8 миллиона рублей в месяц. Без учета контракта главного тренера «Трактора» — там отдельная сумма. Не могу ее озвучить, скажу лишь, что Валерий Константинович Белоусов, без сомнения, стоит каждую копейку тех денег, которые он получает.

А налоги?
И налоги. В том числе с зарплат. За 2012-й календарный год клуб заплатил 232 миллиона рублей налогов и сборов, за 2013-й - 277 миллионов.

Сколько стоит традиционный двухнедельный предсезонный сбор в Швейцарии?
Примерно 10 миллионов вместе с дорогой.

Шесть миллионов «Трактору» на клюшки

Амуниция, экипировка игроков?
Здесь самая серьезная статья расходов — клюшки. Хорошая, профессионального уровня клюшка стоит от 7 до 10 тысяч рублей. Особенно если это клюшка, изготовленная по персональному заказу, и нужным именно этому игроку загибом, длиной и так далее. Такими «персональными» у нас играют не только игроки главной команды, но и некоторые ребята в «Челмете» и «Белых Медведях».

Сколько клюшек уходит у хоккеиста за сезон?
У нас в клубе есть строгий лимит — 30 клюшек полевому игроку. Это то, что оплачивает клуб. Если не лимитировать — хоккеисты народ щедрый: дарят друзьям, знакомым, с подписью... Я ведь и сам играл — прекрасно всё знаю (улыбается). Перемножаем — 30 клюшек в среднем по 8 тысяч рублей. 240 тысяч на сезон на одного хоккеиста. А их только в «Тракторе» примерно 25 игроков (с учетом предсезонки). Итого — около 6 миллионов за сезон.

На клюшки «Трактору»?
Только «Трактору». А ведь есть еще «Челмет», «Белые Медведи», школы, которым мы также помогаем по мере возможностей... Далее — коньки. В среднем за сезон у профессионального игрока уходит две-три пары. Одна пара хороших профессиональных коньков — 15-20 тысяч рублей. Перемножаем — около 1,5 миллионов только «Трактору». Краги — пара на сезон. Средняя цена — пять тысяч за пару. Перемножайте сами. Остальная форма — щитки и прочее — дешевле. Многие ребята в одном комплекте могут не по одному сезону играть (вратари — история отдельная).

Но есть ведь и специальные вещи, связанные с защитой от травм, и восстановлением после них — наколенники, налокотники, наплечники, корсеты и так далее...
Медицина — это всегда очень дорого. Начнем с того, что если у нашего игрока достаточно серьезная травма, требующая оперативного вмешательства, то мы отправляем хоккеиста за рубеж, чаще всего — в Германию. Так надежнее. По условиям контрактов игроков, как правило, лечение оплачивает клуб. В среднем одна операция средней тяжести, скажем, на колене, стоит в хорошей клинике около 10 тысяч евро. Плюс расходы на перелет и проживание. Плюс, если необходимо, наколенник, который будет поддерживать связки. Само собой, сделанный по персональной мерке, будь то титановый или из карбона — это еще как минимум две тысячи евро. Не буду говорить, сколько у нас ребят нуждаются в такой защите, но возьмите любой клуб КХЛ — минимум несколько парней наверняка найдутся. Это часть профессии. Клубу это обходится как минимум в пару миллионов рублей за сезон. Плюс расходы на эти цели «Челмета» и «Белых Медведей».

А прочая фармакология и медицина — тейпы, витамины, биодобавки, протеины, питание и так далее?
С начала предсезонной подготовки на эти цели потратили примерно два с половиной миллиона рублей. Опять-таки — плюсуйте к ним расходы «Челмета» и «Белых Медведей». Хотя там суммы поменьше.

Вы говорили, что много работы у водителей...
На бензин уходит от 50 до 90 тысяч рублей каждую неделю, в зависимости от того, едет ли «Челмет» или «Белые Медведи» на выездной матч на автобусе, или играет дома. За год миллиона на два с половиной накатываем. Плюс страховка автотранспорта — от 40-45 тысяч за год на легковой автомобиль, до 100 тысяч за каждый из автобусов. В сумме тоже неплохо. Отдельная строка — техническое обслуживание хоккейного матча, который проходит на арене «Трактор» — оплата видеокуба, помощников, артистов, нашего талисмана Медведя. В сумме — тысяч 30-40 за матч. Только в регулярном чемпионате — 27 домашних игр. Итого — миллион рублей без учета плей-офф. Плюс услуги охранников на матчах — по регламенту лиги, их должно быть по одному на каждые сто зрителей. Итого — еще по 20 тысяч за матч, или полмиллиона на регулярный чемпионат.

А собственно аренда ледовой арены?
Раньше это стоило клубу 20 миллионов в год. После того, как меня назначили директором не только клуба, но и ледового дворца, я снизил эту цену вдвое — до 10 миллионов. Скажу отдельно — доходная часть арены не пострадала — она стала больше зарабатывать концертами и представлениями. Но, опять-таки, это отдельная история.

Аренда жилья для приезжих игроков?
Нет, в «Тракторе» мы уже три года этим не занимаемся. Да, мы обязаны предоставить бесплатное жилье игрокам — нет вопросов, живите на базе, там все условия. А так — у вас, ребята, неплохая зарплата, можете себе позволить то, что хотите. Игроки с агентами сначала, конечно, поныли, но потом смирились. Кто-то, как Васильченко, живет напротив арены в квартире за 15 тысяч в месяц и не горюет, а кто-то с женами, многочисленными детьми, нянечками, кухарками-поварами и так далее живет где-нибудь в самом центре Челябинска.

Даже Иэну Уайту гостиницу не оплачиваете?
Нет. Он сам решил там жить, сам за нее и платит. Другое дело, что есть иногородние ребята в «Челмете» — там не очень большие зарплаты и премиальные, потому с жильем помогаем.

Кстати, о премиальных. Слухи про разного рода бонусы ходят самые невероятные...
Давайте скажу так. Есть определенная система их начисления. Величина командных премий в «Тракторе» одна из самых низких в лиге. Да и в этом году результаты команды таковы, что пока их величина в разы меньше, чем сезоном или двумя ранее, когда мы выигрывали регулярный чемпионат или доходили до финала Кубка Гагарина. Тогда ребята заработали серьезные суммы. Сейчас — пока нет.

Расходы на «Челмет» себя полностью оправдывают

Вы все время упоминаете про расходы на «Челмет» и «Белые Медведи». А во сколько они обходятся из расчета, что называется, «по кругу», за сезон?
«Челмет» — у нас была при создании этой команды заложена планка: не более 100 миллионов. В прошлом сезоне сэкономили, уложились в 89. В этом сезоне также не выйдем за 100. Учитывая то, что основная задача команды — готовить игроков для «Трактора» (хотя и собственные результаты никто не отменял), то «Челмет» — один из ключевых элементов всей системы клуба, и полностью оправдывает свое существование как с игровой, так и с финансовой точек зрения. Судите сами — пусть из-за разных обстоятельств, но в этом сезоне в основе «Трактора» выходили больше десяти игроков, которые играли или играют сейчас за «Челмет». Заварухин, Филиппов, Данилишин, Цыбин, Кокуев, Артамонов, Демченко, Валеев, Бородкин, Мокин, Основин (последний вообще из «Белых Медведей»). Контракты у этих ребят, как правило, «двусторонние» — играя за команду КХЛ они по регламенту лиги не могут получать меньше трех миллионов рублей за сезон, или, условно, 250 тысяч в месяц. Примерно так в итоге у них и выходит. А при игре за «Челмет» суммы другие. Самая высокая зарплата в нашей команде ВХЛ — 140 тысяч рублей в месяц, или около 1,5 миллионов за сезон. Заработная ведомость всех игроков команды — 14 миллионов. Путешествуют часто на поезде, автобусе. Поэтому пробиться в основной состав «Трактора», закрепиться там — огромный стимул для ребят из «Челмета». И игровой, и финансовый. «Белые Медведи» «стоят» еще немного дешевле — около 60-70 миллионов. Фонд заработной платы — около 10 миллионов, большие суммы уходят на переезды. По зарплатам молодых игроков — во многом она зависит от того, был ли выбран игрок на драфте в КХЛ, и если да, то в каком раунде. Некоторым, самым перспективным, платим отдельно, по личным контрактам.
Особая статья расходов — премии тренерам школы «Трактор», которые подготовили перспективных ребят, попавших на драфт. Суммы зависят от того, сколько лет какой тренер занимался с игроком и в каком раунде в итоге парень был выбран. Но в итоге может получиться очень неплохая прибавка к зарплате.
Общая величина нашей доли расходов на школу «Трактор» — около 10 миллионов за сезон. На школу «Сигнал» поменьше — в районе 2,5 миллионов. Женская команда «Факел» — порядка 35 миллионов. Но, повторюсь, мы лишь перечисляем деньги, которые нам выделяют отдельной строкой. Все свои расходы они оплачивают сами.

Подытоживая все-все-все расходы. Владимир Николаевич, так сколько же тратит хоккейный клуб «Трактор» за сезон?
В этом году — пока планка в районе 1,2 — 1,3 миллиарда. В прошлом сезоне было больше, прежде всего за счет премиальных игрокам.

Какие статьи собственных доходов есть у хоккейного клуба «Трактор»?
Если коротко — это билетная программа и ВИП-ложи, спонсоры и реклама, торговля атрибутикой, продажа прав на игроков.

Начнем с билетов.
В прошлом сезоне доходы от реализации абонементов составили 38 миллионов рублей. Билеты на предсезонный турнир и регулярный чемпионат принесли еще 68 миллионов. Билеты в плей-офф (серии были затяжные, порой играли по четыре домашних матча) — еще около 36 миллионов. Итого — около 143 миллионов. Это, конечно, «грязные» деньги, выручка. Точную сумму в этом сезоне пока не назову — он еще не закончен. Что уже ясно — мы продали пять тысяч абонементов, и по регулярному чемпионату финансовый результат улучшили на миллионов семь — восемь. То есть продажи составили около 60 миллионов рублей без учета последней домашней серии. Что будет в плей-офф — посмотрим.

Насколько то, как играет команда, сказывается на доходной части клуба?
Очень серьезно сказывается. Если вы помните, три года назад, когда команда не попадала в плей-офф, то трибуны были полупустыми. Даже при цене билетов куда меньше нынешней. Если же выигрываем — арена полная, выручка куда больше.

Сколько приносит аренда ВИП-лож?
Есть ложи, которые входят в так называемый «спонсорский пакет», мы их в расчет не берем. Если же говорить о чистых продажах, то на этот сезон продано около 20 лож по цене от одного до двух миллионов рублей за каждую. Это одна из самых высоких цен в лиге. Общая выручка (кто-то заплатил сразу, кто-то расплачивается в рассрочку) должна составить примерно 30 миллионов рублей. Кстати, еще один момент. Практически во всех клубах КХЛ женам игроков ложи предоставляют бесплатно. Мы своим — продали.

Это как?
А вот так. Мы выиграли в этом сезоне Кубок губернатора Челябинской области? Вот и договорились, что премиальные за турнир пойдут на оплату ложи для членов семей хоккеистов.

Игроки возмущались?
Конечно. Поначалу... В следующий раз выиграют предсезонный турнир — то же самое: ложу для жен игроки заработали.

Сколько приносит атрибутика в казну «Трактора»?
Немного истории. Пять лет назад, еще до моего прихода на должность директора клуба, доходы по этой статье составляли 700 тысяч рублей за сезон.

Сколько-сколько?!
Именно так — 700 тысяч за сезон. К тому же у «Трактора» не было оборотных средств на раскрутку производства и продажи фирменной атрибутики. Но мы начали этим заниматься с чистого листа, постепенно-постепенно «раскатывались», и в итоге сегодня минимальный уровень продаж на каждом домашнем матче — 250 тысяч рублей. Но в среднем — 300-350 тысяч. Каждый матч. Плюс работают наши фирменные отделы в магазинах Челябинска. В прошлом сезоне валовая выручка от продажи атрибутики составила 56 миллионов рублей. Но из нее надо вычесть аренду отделов, зарплату, стоимость изготовления. В этом году многое зависит от попадания в плей-офф. Абсолютный рекорд продаж был поставлен в прошлом году именно на одной из игр плей-офф — 1 миллион 300 с лишним тысяч рублей. В этом году рекорд чуть больше 400 тысяч, на игре, когда Петри Контиола сделал хет-трик. Народ после матча побежал за кепками, мы только на них тысяч 200 выручки сделали (улыбается).

А что сделали с кепками, которые зрители выбросили на арену?
(после паузы) Разошлись они, в общем. Мы не были к этому готовы — все-таки первый хет-трик игрока «Трактора» в домашнем матче за всё время нашей игры в КХЛ. Теперь, думаю, будем поступать так: соберем кепки, и пусть автор хет-трика, расписывается на них, и отвезет или отошлет их детям в интернаты и детдома. Думаю, так будет правильно.

Вы говорили о работе со спонсорами...
На сегодня это вместе с чистой рекламой — самая большая статья доходов. Хотя работа с партнерами далеко не самая простая. Кто-то из спонсоров приходят сами и делают свой вклад с большим удовольствием, а кого-то надо убеждать, и долго убеждать. В частности, сравнивать рекламный эффект. Сколько бы им стоила реклама на телевидении, радио, в газетах и журналах, в сетевых СМИ, на щитах «наружки», если бы они платили за нее каждый раз заново, и - напоминать, сколько раз их рекламу на льду, на бортах, на арене, на майках игроков, на видеокубе смотрят зрители и показывают по телетрансляциям на разных каналах. А учитывая, что, например, финал прошлогоднего плей-офф показывали в тридцати странах мира... Думаю, что это очень и очень эффективно на самом деле. «Трактор» в Челябинске, в области, либо любят либо ненавидят, но знают все. И смотрят, хотя бы краем глаза, тоже все. В общем, стараемся, убеждаем, придумываем аргументы. Итог — в этом сезоне спонсорских соглашений было заключено на 124 миллиона рублей.

Есть еще одна статья — продажа прав на игроков. Здесь, наверное, год на год не приходится?
Наоборот, последнее время все на удивление стабильно. К счастью для доходов клуба и к сожалению от расставания с игроками. В прошлом сезоне после долгих контрактных разбирательств мы получили от «Донбасса» компенсацию за разрыв контракта Евгения Дадонова примерно 60 миллионов рублей, отдали Антона Бурдасова в СКА, в том числе за компенсацию в 40 миллионов. Итого — около 100 миллионов рублей. В этом году общая сумма доходов по этой статье, возможно, будет примерно такая же. Если конкретнее, то за Максима Карпова мы уже получили 40 миллионов уже получили. За Егора Дугина — поменьше. Пока сумму не могу озвучить, но речь идет о миллионах рублей. Еще была продажа прав на Юхаматти Аалтонена. Там есть важный момент в контрактах, связанный с дополнительными личными бонусами. Это важно при переходах ограниченно свободных агентов. Сейчас при расчете суммы компенсации за переход эти бонусы не входят — только оклады. Мы же в «Тракторе» просим лигу включать и бонусы, с помощью которых часто у команд просто воруют игроков. Я знаю про одного игрока, довольно известного нападающего, у которого контракт небольшой, но, например, есть бонус за то, что хоккеист забросит два процента шайб от всех, заброшенных командой за регулярный чемпионат. Средняя команда КХЛ забрасывает около 140 шайб за «регулярку». То есть игроку надо забить три гола за 54 игры — сущие для него пустяки. Но размер бонуса — 20 миллионов рублей! За три шайбы!

Давайте суммировать доходы. Билеты, абонементы, ложи, спонсоры и реклама, атрибутика. Сколько самостоятельно зарабатывает хоккейный клуб «Трактор»?
В этом сезоне надеемся на сумму в 350-400 миллионов рублей. Не знаю точных цифр других клубов, но я практически уверен, что по абсолютной величине собственных заработков (без учета вкладов владельцев клубов) мы наверняка входим в тройку ведущих команд лиги, после санкт-петербургского СКА и рижского «Динамо». Но тот же СКА — единственная хоккейная команда в пятимиллионном городе, к тому же там арена бОльшей вместимости, да и те же затраты на маркетинг во много раз больше наших. Ну у нас нет за спиной нефтегазовых компаний-владельцев...

350-400 миллионов рублей — это примерно четверть от озвученной вами суммы затрат — 1,2 — 1,3 миллиарда. Учитывая сегодняшнюю игру команды, покупательную способность населения, непростую ситуацию в экономике, эти доходы — предел «Трактора»?
Думаю, что в части билетов — точно максимум возможного. Если бы была арена побольше — тысяч на 10-12 — то и доходы по этой статье были бы выше. Возможно, в разы. Как и продажи атрибутики. Хотя её продажи, уверен, будут развиваться и развиваться.

Всё равно разница между доходами и расходами огромна. Где есть резервы для сокращения затрат?
Очевидно, что это, прежде всего, контракты игроков. Знаете, я хотел бы извиниться перед болельщиками за этот сезон, за то, что мы на волне успехов последних двух лет потеряли бдительность, нюх на то, что происходит вокруг. Вошли в раж, думали оставить этих игроков, дополнить их другими и — вперед. Хотели, чтобы сложившийся в последние годы состав, дополненный и усиленный, играл как можно дольше. Но в итоге глубоко ошиблись, пойдя по этому пути, по которому шли и продолжают идти в Санкт-Петербурге, Уфе, Казани, Омске. Жалко было с частью ребят расставаться, а надо было это делать. Возможно, если бы вернуться назад, мы поступили бы по-другому. Отпустили бы часть игроков, цена на которых выросла — они себе все равно бы нашли работу за эти же деньги. Возможно, подтянули бы парней молодых и голодных, пусть и менее опытных. В итоге же, как я считаю, не у всех, но у части наших хоккеистов пропала мотивация, пошло местами пусть и невольное, но снижение требований к себе. Им не нужно стало доказывать необходимость своего попадания в состав, зарабатывать на жизнь победами, заброшенными шайбами, своей игрой. Вся эта ситуация, признаюсь, стала и лично для меня серьезным и очень горьким уроком. Хочу верить, что я его выучил.
Возвращаясь же к контрактам — есть ребята в команде, которые могут рассчитывать на повышение сумм. Но в целом по этой статье можно оптимизировать расходы, не страдая в уровне игры. Тем более, что мы видим, как бьются как могут, изо всех сил, ребята из «Челмета», а стоят они в разы (а по сравнению с самыми высокооплачиваемыми игроками порой и в десятки раз) дешевле. Хотя, конечно, без мастеров высокого класса, которые у нас также есть, команда не обойдется. Есть и молодые таланты, которым надо раскрываться, демонстрировать свой потенциал, доказывать свои претензии на место в составе и связанный с этим хороший заработок.

Фото – Ярослав Наумков, slo-vo.ru

Все новости
Похожие новости