«Его первый день прошел обычно. Но уже через три часа стало ясно – он как будто всегда и был в «Тракторе»»

Официальный сайт «Трактора» предваряет выход фильма «Константиныч» фрагментами интервью RussianHockeyStyle.Ru с Сергеем Григоркиным, прошедшим с Валерием Белоусовым впечатляющий медальный путь от Челябинска до Омска.


Помните, как в «Тракторе» появился Белоусов?

Первый раз мы увидели Константиныча на предсезонном турнире в Челябинске, на который он приехал в составе «Спутника» из Нижнего Тагила. Без вопросов – Белоусов был тогда одним из сильнейших игроков турнира. И его сразу пригласили в «Трактор».

Его первый день у нас был обычным, как и бывает в таких случаях: новичок входит в раздевалку, его представляют команде, показывают место в раздевалке, называют партнеров по составу. И сразу на тренировку или даже игру, сейчас уже не помню. Через три часа стало ясно, что времени на «притирку» с партнерами Белоусову не нужно. Он как будто всегда и был в «Тракторе».

Многие сильные игроки «Трактора» уезжали в Москву. Почему он никуда не уехал?

По моему мнению, его устраивала ситуация, при которой он решал в коллективе важные задачи, ему доверяло руководство, команда, его любили болельщики. Перейди он, например, в ЦСКА, «Спартак» или «Динамо», ситуация могла бы измениться. Он бы стал одним из многих. И помимо всего этого, у Константиныча всегда была возможность попасть в сборную и из «Трактора», и он эту возможность отлично использовал.

И другой момент – верность клубу. Тогда это было очень важно, а если игрок переходил из команды в команду, это было событием, газеты об этом много писали, общественное мнение было взбудоражено. И это была история не про Белоусова.

Уже в роли тренера вы дважды работали помощником Валерия Белоусова: в Челябинске и в Омске. Как он позвал вас в «Трактор» в 1990-м?
К тому времени я уже несколько лет работал с командой ШВСМ (Школы высшего спортивного мастерства), и довольно успешно – мы показывали хорошие результаты, выиграли чемпионат СССР до 19 лет. И мы, как и «Трактор», тренировались в «Юности». Константиныч смотрел наши тренировки, я приходил на занятия «Трактора». Иногда общались – в основном на хоккейные темы. А когда он возглавил «Трактор», то позвал меня помощником. Почему – я не спрашивал.

Белоусов говорил, что ему дали в профессиональном плане два года в Японии?

Расширили его мировоззрение. Он многое про Японию рассказывал. Там же канадцев много играло и работало, за ними интересно и полезно было наблюдать.

Еще Белоусов отмечал отношение японцев к работе, к указаниям начальника. Был такой случай у них в команде – приехал владелец, начал кричать на тренеров, а они стоят и молчат, только кланяются. Владелец распалился, схватил палку и начал бить тренеров! Потом палку бросил и ушел, но сцена продолжилась – палку поднял тренер и уже сам начал охаживать своих помощников и даже некоторых игроков! Кроме иностранцев – их нельзя, конечно, было бить. При этом японцы не обижались на такие проявления эмоций.

За счет чего «Трактор» дважды добрался до бронзы в начале 90-х?

Точнее за два сезона трижды, ведь в одном из них итоги подводились раздельно – за чемпионат и кубок.
У нас тогда собралась хорошая команда. К сильным ребятам среднего возраста добавилась честолюбивая молодежь. По итогам сезона 1991/1992 мы заняли пятое место, а в начале следующего около дворца спорта появились плакаты с надписью ««Трактор» – чемпион!». Болельщики подняли планку ожидаемого результата до самого верха. И это тоже сыграло. Мы все стали верить, что это действительно возможно. А после проигранного «Динамо» полуфинала пришло понимание, что нам по силам было выиграть полуфинал и финал.

Лихие 90-е вас зацепили?

Совсем отстраниться, конечно, невозможно было. И с нами случались разные истории. Однажды, году в 1994-м, мы оказались в голливудском вестерне. Прилетели с гостевых матчей, приехали в Челябинск поздно, часа в два ночи. Руководство поехало из аэропорта на микроавтобусе. Но не доехали. В центре города нас подрезал пазик, из которого выбежали три человека с автоматами. Ночь, зима, снежок летит. Нам приказали выйти из машины, начали обыскивать, не спрашивая ни о чем. И нам непонятно было, кто это – они были без опознавательных знаков. В общем, посмотрели ребята документы и только потом стали спрашивать нас, кто мы такие. Выяснилось, что это была операция по перехвату, искали преступников, все дороги в Челябинске были перекрыты, а наш микроавтобус был точной копией того, который искали. Ситуация была нереальной.

Почему летом 1995-го Белоусов уехал в Магнитогорск?

Он уже был серьезным специалистом, планку сам перед собой ставил высокую. И, разумеется, он хотел продолжать работать в «Тракторе». Но к лету 1995 года в клубе сложилась очень непростая финансовая ситуация.

Хоккеисты, которые между собой еще в начале сезона договорились остаться в Челябинске на год, попробовать решить высокие задачи, надеялись, что за этот сезон ситуация изменится в лучшую сторону. Но ничего не происходило и не произошло. Наших стали приглашать другие, более состоятельные клубы, они стали принимать приглашения. И в конце концов, такое приглашение принял и Белоусов. Одним из последних.

Он всегда стремился работать на высочайший результат и с игроками высокого уровня. Для него это было важно. Как потом показала история – предложения у него были из команд разного уровня, но он многим отказывал. Даже когда у него не было работы, он ждал. Чтобы вновь оказаться в борьбе за медали. Максималист в этом плане. И требовал такого же отношения от всех, кто с ним работал. Находил формы общения с людьми. Говорил, чтобы мы, ассистенты его, относились к людям как старшие, по-отцовски, терпеливо. Вот это его качество, конечно, привлекало игроков. Он сделал себе имя, стал тренером, решающим высокие задачи, но использующим средства и методы человеческие. Ему уже нужно было уезжать, идти дальше.

Мне нравилось, как он работает – пытался достучаться до каждого игрока, не был высокомерен. Самое главное, говорил Белоусов, сдвинуть ситуацию в сознании игрока, если игрок сам захочет – он сделает.

Все новости
Похожие новости