«Сейчас кайфую от всего, что со мной происходит» | Никита Ануфриенко
Большое интервью форварда «чёрно-белых» для информагентства «Первое областное».
Никита, если принимать во внимание всю твою спортивную биографию, то складывается впечатление, что сейчас для тебя наступает один из самых важных и ответственных этапов в карьере.
Да, так и есть. Понимаю, что текущий сезон для меня очень важен. Поэтому и очень ответственно подхожу к своей работе, вкалываю на тренировках. Я очень люблю хоккей, мне комфортно быть в клубе. И вообще кайфую от всего, что сейчас со мной происходит.
А что сейчас для тебя самое главное? Может быть, поставил сам перед собой какую-то определенную цель или задачу?
Я долго не играл в хоккей, перерыв получился довольно-таки большой — аж пять лет. Поэтому в летнее межсезонье было важно в первую очередь почувствовать лед, набрать хорошие физические кондиции, в целом вспомнить и понять, каково это — быть внутри команды. Сейчас акценты сместились. Моя главная задача — выполнять установки тренера и руководства, быть полезным коллективу. Ну и прибавлять во всех аспектах хоккея: катании, владении шайбой, видении площадки и так далее.
С начала чемпионата ты уже провел пять матчей, однако игрового времени получаешь пока немного. Это для тебя имеет значение?
Любой хоккеист хочет проводить много времени на площадке, набирать результативные баллы, помогать команде одерживать победу. Время, которое есть, использую на полную: играю по тактике, бросаю по воротам, провожу силовые приемы, отрабатываю оборону и атаку.
А почему все-таки решил вернуться в хоккей? Сомнений не было, что долгий перерыв сыграет свою роль?
Не скрою, поначалу были сомнения. Но затем подумал: а почему бы и нет? Настроил себя на хорошую работу и уверенность в том, что у меня все получится.
Многие воспринимают тебя в первую очередь как сильного бойца-тафгая, готового постоять за себя и партнеров по команде, и лишь во вторую — как хоккеиста. Как ты относишься к такому восприятию? Оно тебя напрягает?
Да, я понимаю, что умею хорошо драться, — являюсь мастером спорта по боксу. Я пришел в «Челмет», чтобы помогать команде. А драки на льду — это тоже часть хоккея.
Вот только тафгаев в современном российском хоккее становится все меньше. Что об этом думаешь?
Я считаю, что в хоккее должно быть все, но в меру — и бои, и силовые приемы, и жесткая игра, но при этом техничная, быстрая и интеллектуальная. Все эти аспекты должны сочетаться и дополнять друг друга, а не просто драки или просто хоккей. В Северной Америке тафгаи есть почти в каждой команде. Некоторые из них еще и играют здорово, набирая по 60—70 очков за сезон. Вот к этому нужно стремиться.
Тебе знакомы имена Тони Твиста, Дональда Брашира, Тая Доми?
Да, конечно! Но они выходили на лед, когда я был совсем еще маленьким. Не следил за их карьерой и боями на льду. Я больше смотрел на таких ребят, как Александр Свитов и Евгений Артюхин. Они не только сильные ребята с большими кулаками, но и классные хоккейные мастера. Я стремлюсь к тому же.
Будучи пацаном, ты выделялся на общем фоне своими габаритами? Брал свое за счет природных качеств или трудолюбия?
В юношеском хоккее мне нравилась жесткая и силовая игра. И еще у меня был мощный и сильный бросок. Играя в Электростали, был одним из лидеров команды, потом перешел в юношескую команду московского «Динамо», а там очень сильный коллектив сформировал Сергей Владимирович Суярков. Под его руководством ребята много раз выигрывали титул чемпионов России по своему возрасту. Многие из них сейчас играют в АХЛ, НХЛ и КХЛ.
То есть природа дала тебе силу и взрывную мощь, а еще хороший бросок. Все остальное нужно было «набирать» на тренировках?
Можно и так сказать. Но труд и тяжелая работа мне тоже знакомы. Я всегда пахал на тренировках, потому что понимал: если не буду этого делать — ничего не получится. В карьере и жизни были всякие моменты, многие факторы мешали проявить себя. Но, несмотря ни на что, я продолжал работать и никогда не сдавался.
Как встретила столица после перехода в «Динамо»?
Это был новый вызов. Повторюсь, там сложилась очень сильная команда, мне было максимально тяжело. Практически без выходных тренировался, можно сказать, дважды в день. Вообще не гулял, все время посвящал тренировкам. Сначала ездил каждый день в Москву на электричках, потом переехал в интернат. Там стало попроще. Помню, у меня была аллергия на пищу, и заведующая интернатом полностью поменяла рацион питания для всей школы под меня.
Еще была поездка в Ханты-Мансийск.
Я отправлялся туда с большими ожиданиями и амбициями. А еще запомнилось, как мы пахали на сборах. Это были невероятные нагрузки: бегали за тренировку 15 раз по 400 метров. Кто знает, что это такое, — поймет, о чем я говорю. В общем, в «Мамонтах Югры» реально пахали как мамонты.
Характер закалился?
Да, а еще повзрослел. Из веселого и бесшабашного парня превратился в серьезного человека. Честно: ушел в себя и практически ни с кем не общался. Это был непростой период в моей жизни.
Может быть, повлияло то, что оказался вдали от дома?
Не думаю, я же сам выбрал Ханты-Мансийск. «Мамонты Югры» до этого выиграли Кубок МХЛ, то есть были на хорошем счету. Подумал, что это будет лучше для моей карьеры. Но получилось иначе. В любом случае такой опыт тоже стал для меня полезным, сделал меня другим.
Складывается впечатление, что ты не очень компанейский, тяжело сходишься с людьми?
Нет, здесь, в Челябинске, я практически сразу со всеми сдружился, нашел общий язык. Просто с возрастом начинаешь выбирать, с кем общаться. Стеснение было в 15 лет, сейчас его нет. Здесь все приятные ребята, поэтому общаемся со всеми.
А в психологическом плане было сложно? Например, когда что-то не получается, а тренер не ставит в состав — начинаешь сомневаться и копаться в себе?
В начале карьеры было очень много переживаний по любому поводу. Мне это сильно мешало играть. Но после того как я закончил с хоккеем, я столкнулся с большими проблемами, прошел через множество настоящих битв с сильными людьми. Это сделало меня другим. Теперь меня ничего не волнует, я абсолютно уверен в себе. Я точно знаю, чего хочу, и знаю, что достигну этого.
Ты стараешься решать внутренние проблемы сам или делишься с близкими?
С родителями постоянно общаюсь, но в основном рассказываю про жизнь. А какие-то внутренние моменты могу разделить только с женой.
Родители приезжали в Челябинск?
Пока нет.
Кто из них больше повлиял на твою карьеру?
Папа всегда хотел, чтобы я стал хоккеистом. Он не мог смириться, когда я закончил. В целом оба родителя повлияли на мою карьеру хоккеиста.
А затем ты неожиданно оказался в проекте Ice Fights — кулачных боях на льду. Что это вообще такое?
Это шоу, обычно проводилось на «ВТБ Арене», собирало примерно по 7 тысяч человек. Это стандартная ледовая площадка, в центре круга выходят два бойца в хоккейной амуниции и бьются, на это им даются пять раундов. Нужно уметь хорошо стоять на коньках, но и бить своего оппонента.
Тебе понравился этот опыт?
Определенно. Мне очень нравится этот спорт, я считаю, он должен развиваться. Надеюсь, что своими выступлениями внес вклад в его развитие.
Ты еще мастер спорта по боксу. Где тренировался?
Я тренировался в одном зале с Александром Волковым из UFC. У меня были спарринги с чемпионами мира в профессионалах: Вартаном Арутюняном, топ-10 мирового рейтинга — Арсланом Яллыевым. Также спарринговал с чемпионами мира в олимпийском боксе: Марком Петровским и Давидом Суровым. С Давидом даже один бой провел на профессиональном ринге.
Как обычно предпочитаешь проводить свободное время? Есть какие-то хобби и интересы?
Если есть время, стремлюсь просто быть вместе с женой. А она уже сама определяет, что мы будем делать, как отдыхать.
С Челябинском успел познакомиться поближе? Каким он тебе показался?
Живу недалеко от ДС «Юность», а из окна — потрясающий вид на набережную! Разумеется, изучил центр города, часто выходим с супругой на прогулку. Мне Челябинск очень понравился, даже не ожидал, что он произведет на меня такое приятное впечатление.
Да, так и есть. Понимаю, что текущий сезон для меня очень важен. Поэтому и очень ответственно подхожу к своей работе, вкалываю на тренировках. Я очень люблю хоккей, мне комфортно быть в клубе. И вообще кайфую от всего, что сейчас со мной происходит.
А что сейчас для тебя самое главное? Может быть, поставил сам перед собой какую-то определенную цель или задачу?
Я долго не играл в хоккей, перерыв получился довольно-таки большой — аж пять лет. Поэтому в летнее межсезонье было важно в первую очередь почувствовать лед, набрать хорошие физические кондиции, в целом вспомнить и понять, каково это — быть внутри команды. Сейчас акценты сместились. Моя главная задача — выполнять установки тренера и руководства, быть полезным коллективу. Ну и прибавлять во всех аспектах хоккея: катании, владении шайбой, видении площадки и так далее.
С начала чемпионата ты уже провел пять матчей, однако игрового времени получаешь пока немного. Это для тебя имеет значение?
Любой хоккеист хочет проводить много времени на площадке, набирать результативные баллы, помогать команде одерживать победу. Время, которое есть, использую на полную: играю по тактике, бросаю по воротам, провожу силовые приемы, отрабатываю оборону и атаку.
А почему все-таки решил вернуться в хоккей? Сомнений не было, что долгий перерыв сыграет свою роль?
Не скрою, поначалу были сомнения. Но затем подумал: а почему бы и нет? Настроил себя на хорошую работу и уверенность в том, что у меня все получится.
Многие воспринимают тебя в первую очередь как сильного бойца-тафгая, готового постоять за себя и партнеров по команде, и лишь во вторую — как хоккеиста. Как ты относишься к такому восприятию? Оно тебя напрягает?
Да, я понимаю, что умею хорошо драться, — являюсь мастером спорта по боксу. Я пришел в «Челмет», чтобы помогать команде. А драки на льду — это тоже часть хоккея.
Вот только тафгаев в современном российском хоккее становится все меньше. Что об этом думаешь?
Я считаю, что в хоккее должно быть все, но в меру — и бои, и силовые приемы, и жесткая игра, но при этом техничная, быстрая и интеллектуальная. Все эти аспекты должны сочетаться и дополнять друг друга, а не просто драки или просто хоккей. В Северной Америке тафгаи есть почти в каждой команде. Некоторые из них еще и играют здорово, набирая по 60—70 очков за сезон. Вот к этому нужно стремиться.
Тебе знакомы имена Тони Твиста, Дональда Брашира, Тая Доми?
Да, конечно! Но они выходили на лед, когда я был совсем еще маленьким. Не следил за их карьерой и боями на льду. Я больше смотрел на таких ребят, как Александр Свитов и Евгений Артюхин. Они не только сильные ребята с большими кулаками, но и классные хоккейные мастера. Я стремлюсь к тому же.
Будучи пацаном, ты выделялся на общем фоне своими габаритами? Брал свое за счет природных качеств или трудолюбия?
В юношеском хоккее мне нравилась жесткая и силовая игра. И еще у меня был мощный и сильный бросок. Играя в Электростали, был одним из лидеров команды, потом перешел в юношескую команду московского «Динамо», а там очень сильный коллектив сформировал Сергей Владимирович Суярков. Под его руководством ребята много раз выигрывали титул чемпионов России по своему возрасту. Многие из них сейчас играют в АХЛ, НХЛ и КХЛ.
То есть природа дала тебе силу и взрывную мощь, а еще хороший бросок. Все остальное нужно было «набирать» на тренировках?
Можно и так сказать. Но труд и тяжелая работа мне тоже знакомы. Я всегда пахал на тренировках, потому что понимал: если не буду этого делать — ничего не получится. В карьере и жизни были всякие моменты, многие факторы мешали проявить себя. Но, несмотря ни на что, я продолжал работать и никогда не сдавался.
Как встретила столица после перехода в «Динамо»?
Это был новый вызов. Повторюсь, там сложилась очень сильная команда, мне было максимально тяжело. Практически без выходных тренировался, можно сказать, дважды в день. Вообще не гулял, все время посвящал тренировкам. Сначала ездил каждый день в Москву на электричках, потом переехал в интернат. Там стало попроще. Помню, у меня была аллергия на пищу, и заведующая интернатом полностью поменяла рацион питания для всей школы под меня.
Еще была поездка в Ханты-Мансийск.
Я отправлялся туда с большими ожиданиями и амбициями. А еще запомнилось, как мы пахали на сборах. Это были невероятные нагрузки: бегали за тренировку 15 раз по 400 метров. Кто знает, что это такое, — поймет, о чем я говорю. В общем, в «Мамонтах Югры» реально пахали как мамонты.
Характер закалился?
Да, а еще повзрослел. Из веселого и бесшабашного парня превратился в серьезного человека. Честно: ушел в себя и практически ни с кем не общался. Это был непростой период в моей жизни.
Может быть, повлияло то, что оказался вдали от дома?
Не думаю, я же сам выбрал Ханты-Мансийск. «Мамонты Югры» до этого выиграли Кубок МХЛ, то есть были на хорошем счету. Подумал, что это будет лучше для моей карьеры. Но получилось иначе. В любом случае такой опыт тоже стал для меня полезным, сделал меня другим.
Складывается впечатление, что ты не очень компанейский, тяжело сходишься с людьми?
Нет, здесь, в Челябинске, я практически сразу со всеми сдружился, нашел общий язык. Просто с возрастом начинаешь выбирать, с кем общаться. Стеснение было в 15 лет, сейчас его нет. Здесь все приятные ребята, поэтому общаемся со всеми.
А в психологическом плане было сложно? Например, когда что-то не получается, а тренер не ставит в состав — начинаешь сомневаться и копаться в себе?
В начале карьеры было очень много переживаний по любому поводу. Мне это сильно мешало играть. Но после того как я закончил с хоккеем, я столкнулся с большими проблемами, прошел через множество настоящих битв с сильными людьми. Это сделало меня другим. Теперь меня ничего не волнует, я абсолютно уверен в себе. Я точно знаю, чего хочу, и знаю, что достигну этого.
Ты стараешься решать внутренние проблемы сам или делишься с близкими?
С родителями постоянно общаюсь, но в основном рассказываю про жизнь. А какие-то внутренние моменты могу разделить только с женой.
Родители приезжали в Челябинск?
Пока нет.
Кто из них больше повлиял на твою карьеру?
Папа всегда хотел, чтобы я стал хоккеистом. Он не мог смириться, когда я закончил. В целом оба родителя повлияли на мою карьеру хоккеиста.
А затем ты неожиданно оказался в проекте Ice Fights — кулачных боях на льду. Что это вообще такое?
Это шоу, обычно проводилось на «ВТБ Арене», собирало примерно по 7 тысяч человек. Это стандартная ледовая площадка, в центре круга выходят два бойца в хоккейной амуниции и бьются, на это им даются пять раундов. Нужно уметь хорошо стоять на коньках, но и бить своего оппонента.
Тебе понравился этот опыт?
Определенно. Мне очень нравится этот спорт, я считаю, он должен развиваться. Надеюсь, что своими выступлениями внес вклад в его развитие.
Ты еще мастер спорта по боксу. Где тренировался?
Я тренировался в одном зале с Александром Волковым из UFC. У меня были спарринги с чемпионами мира в профессионалах: Вартаном Арутюняном, топ-10 мирового рейтинга — Арсланом Яллыевым. Также спарринговал с чемпионами мира в олимпийском боксе: Марком Петровским и Давидом Суровым. С Давидом даже один бой провел на профессиональном ринге.
Как обычно предпочитаешь проводить свободное время? Есть какие-то хобби и интересы?
Если есть время, стремлюсь просто быть вместе с женой. А она уже сама определяет, что мы будем делать, как отдыхать.
С Челябинском успел познакомиться поближе? Каким он тебе показался?
Живу недалеко от ДС «Юность», а из окна — потрясающий вид на набережную! Разумеется, изучил центр города, часто выходим с супругой на прогулку. Мне Челябинск очень понравился, даже не ожидал, что он произведет на меня такое приятное впечатление.
Виталий Визаулин | «Первое областное»
